ОНА не исчезла с ИЛа! Сидела на черном дюрале. С удобством расположилась, вальяжно и грациозно. Пальчики на стекле, плечом оперлась о триплекс.
ОНА мило смеялась. Ветер вздыбливал платье, теребил шафрановый шарфик. Плескались пряди волос.
Ганин смахнул пот. Подумал: «Какое платье? Шарфик! Скорость за триста. Сорвало б к чертям собачьим».
Он хмыкнул и до упора толкнул вперед сектор газа.
Как ОНА улыбнулась! Зубки сверкнули, – жемчуг.
Указала пальчиком: «Вниз». И глазами: «Вниз, на посадку».

Покой Мускаунти все время кем-то или чем-то нарушается. Сначала в номере пикакского отеля, где остановилась таинственная незнакомка в чёрном, прогремел взрыв, затем город взбудоражила череда мелких краж.
И если бы не страсть Коко к сырам и мистическим историям, Квиллеру долго пришлось бы докапываться до истоков этих преступлений.

Восстание в Семи Городах подавлено, Ша’ик мертва, её сторонники бежали. Все – за исключением одного. Леоман Кистень с теми, кто выжил, движется к древнему городу И’гхатану, чтобы дать там последний бой Четырнадцатой армии под предводительством адъюнкта Тавор. Некогда именно И’гхатан стал роковым городом для Малазанской империи: здесь погиб великий воитель Дассем Ультор, а имперские войска захлебнулись кровью. Теперь же Четырнадцатой армии предстоит переломить судьбу – или пасть под её ударами…

Некогда именно И’гхатан стал роковым городом для Малазанской империи: здесь погиб великий воитель Дассем Ультор, а имперские войска захлебнулись кровью. Теперь же Четырнадцатой армии предстоит переломить судьбу – или пасть под её ударами… Впрочем, противостояние малазанцев и бунтовщиков – лишь часть великой игры, которую ведут могущественные и древние силы.

В игровой части вселенной ожидаются большие перемены. Грядут великие войны и масштабные потрясения. Сильные падут, слабые возвысятся, Система по-прежнему будет жрать и тех и других. Но есть что-то, всегда остающееся постоянным. Он все еще физрук.